Тексты
Мифы и Легенды


Реклама:


Песнь о Нибелунгах


АВЕНТЮРА XXIV.
О ТОМ, КАК ВЕРБЕЛЬ И СВЕММЕЛЬ ПРАВИЛИ ПОСОЛЬСТВО


Хоть шпильманы в дороге не мешкали нимало, 
А все ж еще быстрее везде известно стало, 
Что повелел им Этцель на праздник звать шурьев. 
Стал этот праздник роковым для многих удальцов.

Посланцы, не слезая с седла по целым дням, 
Из края гуннов мчались к бургундским рубежам. 
Не зря они спешили: не вправе медлить тот, 
Кто приглашение на пир трем королям везет.

В Бехларене оказан им был прием почетный. 
Их всем необходимым маркграф снабдил охотно. 
С женой своей и дочкой просил посланцев он 
Друзьям на Рейне передать приветы и поклон.

В дорогу он дозволил отбыть гостям своим 
Не прежде, чем подарки вручить успели им. 
Сынам почтенной Уты, а также ей самой 
Велел поведать Рюдегер, что чтит их всей душой.

Он наказал Брюнхильду уведомить о "том, 
Что искренне ей предан и рад служить во всем. 
Когда же на конь снова вскочили два гонца, 
Хозяйка обещала им молить за них творца.

Задерживаться Вербель в Баварии не мог, 
Но в Пассау он все же заехал на денек. 
Скажу вам, не гадая, просил его иль нет 
Епископ Пильгрим передать своей родне привет,

Что золотом осыпал двух шпильманов прелат 
И рек: "Уверьте вормсцев, что буду очень рад 
Детей сестры увидеть я у себя в стране. 
Их навестить на родине едва ль удастся мне".

Как ехали посланцы, к бургундам путь держа, 
Я до сих пор не знаю, но с целью грабежа 
Никто на них в дороге не думал нападать, 
Затем что гнева Этцеля любой страшился тать.

Явились в Вормс на Рейне через двенадцать дней 
Два шпильмана отважных со свитою своей. 
Немедля доложили об этом королям, 
И Гунтер слово обратил к бургундским удальцам:

"Кто эти чужестранцы и из какой земли?" 
Но королю ответить вельможи не могли. 
Тогда владетель Тронье был спешно призван в зал. 
Он Вербеля со Свеммелем узнал и так сказал;

"То шпильманы лихие у Этцеля на службе. 
Они в года былые со мною жили в дружбе 
И присланы, наверно, к нам вашею сестрой. 
В честь Этцеля примите их с любезностью большой".

Гонцы дворца достигли и въехали во двор. 
Мир шпильманов столь гордых не видел до сих пор. 
К приезжим подбежала толпа проворных слуг, 
Чтоб вещи и оружие принять у них из рук.

Наряд дорожный гуннов был так богат, что в нем 
Они могли бы тут же предстать пред королем. 
Сочли послы, однако, что слишком он неярок, 
И предложили челяди их платье взять в подарок.

На это меж бургундов охотники нашлись, 
И пришлецы в такую одежду облеклись, 
Что - головой ручаюсь - не слышал слыхом свет, 
Чтоб был когда-нибудь посол роскошнее одет.

Затем с почетом были отведены они 
Туда, где ждал их Гунтер в кругу своей родни. 
Встал Хаген торопливо и устремился к ним. 
Ему гонцы учтивые в ответ: "Благодарим".

Осведомился тотчас он у друзей былых, 
Во здравии ли Этцель и что слыхать у них. 
Немедля отозвался из шпильманов один:
"По-прежнему наш край цветет и здрав наш властелин".

Со спутниками Вербель был к трону подведен. 
Через толпу героев с трудом пробрался он, 
Зато уж принял гуннов учтивее король, 
Чем принимал других послов когда-нибудь дотоль.

К ним обратился Гунтер: "С приездом, господа! 
Я Этцелевым людям безмерно рад всегда. 
Мне, шпильманы, сдается, моей сестры супруг 
Сюда по делу важному своих отправил слуг".

С поклоном молвил Вербель в ответ на речь его:
"Да, прибыл я по воле владыки моего.
Ваш зять с сестрою вашей вам шлют привет большой
И заверяют, что они вас любят всей душой".

"Приятно это слышать,- сказал король послам.- 
Как поживает Этцель и хорошо ли там, 
У вас в стране, Кримхильде, родной сестре моей?" 
Вновь смелый шпильман слово взял: "На свете нет людей,

Которые бы жили счастливей, чем она. 
Судьбой довольны Этцель, дружина и страна. 
Когда к вам отправлялся с товарищами я, 
Здоровы были мой король и вся его семья".

"Растроган я приветом,- воскликнул Гунтер тут,- 
Который зять с сестрою мне так любезно шлют. 
Сердечное спасибо и вам, гонцы, за весть, 
А то уже тревожиться стал о сестре я здесь".

Два младших государя явились в зал чуть-позже - 
Не сразу их успели уведомить вельможи, 
Что от сестры любимой известие пришло. 
Млад Гизельхер ее послов приветствовал тепло:

"Любой, кто служит зятю,- для нас желанный гость. 
Когда бы вам приехать на Рейн ни довелось, 
Тут вы друзей найдете и обойдутся с вами, 
Как обходиться надлежит со старыми друзьями".

Промолвил Свеммель: "В этом у нас сомнений пет. 
Я выразить не в силах, сколь искренний привет 
Мне вам король с супругой велели передать. 
Во всем судьбою взысканы у вас сестра и зять.

Она меня просила напомнить вам о том, 
Что вы всегда друг друга любили с ней вдвоем. 
Но самым первым делом мы сообщить должны, 
Что вас и братьев ждет на пир король моей страны.

Шурьев он приглашает прибыть к его двору. 
А если не угодно вам повидать сестру, 
Рассчитывает Этцель, что, дав ему отказ, 
Вы хоть поведаете нам, чем прогневил он вас,

Будь вы совсем чужими владыке моему, 
И то пора бы в гости приехать вам к нему. 
А уж родных-то братьев своей супруги славной 
Увидеть у себя в стране он вправе и подавно".

Сказал на это Гунтер: "Послы, ответ я вам, 
Потолковав с друзьями, через неделю дам, 
А вы пока с дороги ступайте отдыхать - 
Неблизкий и нелегкий путь вас скоро ждет опять".

Возвысил голос Вербель: "Прошу простить за смелость, 
Но не уйдет наш отдых, и очень бы хотелось 
Нам с госпожою Утой поговорить сперва". 
Млад Гизельхер такой ответ дал на его слова:

"Препятствовать не станем мы в этом вам, друзья. 
С охотой и радушьем вас примет мать моя, 
И ваш приход доставит большую радость ей - 
Вы присланы Кримхильдою, родной сестрой моей".

Затем он гуннов к Уте отвел без долгих слов. 
Весьма приятно было ей увидать послов. 
Она им оказала внимание и честь, 
Они же передали ей от милой дочки весть.

Хозяйке храбрый Свеммель сказал, шагнув вперед:
"Вам наша королева привет сердечный шлет. 
Сильней всего на свете - я слово в том даю - 
Прижать к груди хотелось бы Кримхильде мать свою".

"Увы,- вздохнула Ута,- ничем тут не помочь. 
Сама уже давно бы я навестила дочь, 
Лежи чуть-чуть поближе от нас ее страна. 
Дай бог, чтоб были счастливы и Этцель и она.

Ничей приезд желанней, чем ваш, мне быть не мог. 
Когда вам в путь сбираться опять настанет срок, 
Заранее об этом меня предупредите". 
И обещали ей гонцы дать знать о дне отбытья.

Потом на отдых были они отведены.
Меж тем король бургундский со всех концов страны 
Своих друзей ближайших созвал держать совет, 
Что лучше и разумнее - поехать или нет.

Знатнейшие меж ними уверили его,
Что к Этцелю он должен прибыть на торжество. 
Лишь Хаген, разъяренный, как никогда дотоль, 
Сказал вполголоса: "Мы все погибнем там, король.

Сестры остерегаться по гроб вам надлежит:
Немало претерпела она от нас обид.
Собственноручно мною убит ее супруг,
А вы на праздник к Этцелю решились ехать вдруг!"

Король в ответ: "Что было, того не будет вновь. 
Кримхильда возвратила родным свою любовь, 
Когда в знак примиренья мне поцелуй дала. 
Нет, друг мой Хаген, лишь на вас она быть может зла".

Угрюмо Хаген бросил: "Словам послов не верьте, 
Обид не позабудет она до самой смерти. 
Вам потерять придется у гуннов жизнь и честь. 
Всем нам супруга Этцеля тайком готовит месть".

Не согласился Гернот с ним и на этот раз:
"Страшиться мщенья, Хаген, причина есть у вас,
Но то, что вы боязни за жизнь свою полны,
Еще не значит, что сестры мы избегать должны".

Млад Гизельхер добавил: "Коль скоро за собою 
Вы знаете провинность перед моей сестрою, 
Останьтесь здесь, на Рейне, а нас сопровождать 
Поедут те, кто никогда не смел ей досаждать".

Вскипел владетель Тронье: "В край Этцеля дорогу 
Получше, чем другие, я знаю, слава богу, 
И в этом убедитесь вы, государь, вполне, 
Коль с непреклонностью такой внять не хотите мне".

Начальник кухни Румольт был мнения того же:
"Скакать на праздник к гуннам вам, короли, негоже. 
Иль гости в Вормс не ездят? Иль оскудел ваш двор? 
Вы все с советом Хагена считались до сих пор.

Но раз теперь нет веры тому, что он сказал,
Вам повторит и Румольт, ваш преданный вассал:
Покинуть не стремитесь отечество свое. 
Что общего у вас с сестрой и Этцелем ее?

Чем плохо вам на Рейне, где ваша жизнь прекрасна, 
Где вражеские козни нисколько не опасны, 
Где дорогого платья у вас полным-полно, 
Где милых дам вы любите и пьете всласть вино?

К тому ж еды вкуснее нигде вам не дадут. 
Но если даже это вас не удержит тут, 
Подумайте о женах - уж ради них одних 
Без толку рисковать собой не след в краях чужих.

Страна у вас богата, вот и останьтесь в ней, 
Где вы от бед нежданных защищены верней, 
Чем во владеньях гуннов: бог весть, что будет там. 
Послушайтесь же Румольта - добра хочу я вам".

Возвысил голос Гернот: "Оставим спор пустой.
Коль так любезно в гости зовут нас зять с сестрой,
Ответить им отказом не позволяет честь,
А те, кто на подъем тяжел, пусть остаются здесь".

Сказал на это Хаген: "Посмотрим, кто был прав. 
Меня не осуждайте за мой строптивый нрав, 
А лучше снарядитесь в дорогу к гуннам так, 
Чтоб нас врасплох не захватил и самый хитрый враг.

Коль вы решили ехать, извольте дать приказ 
Вассалам в Вормс собраться, а я найду для вас 
Меж ними десять сотен бойцов как на подбор, 
Которые помогут вам Кримхильде дать отпор".

Обрадовался Гунтер: "Такой совет мне мил". 
Во все концы державы гонцов он отрядил 
И созывать вассалов в столицу им велел. 
Кто из бургундов знал тогда, какой их ждет удел!

Сошлись они по зову владыки своего. 
Три тысячи их было иль более того. 
Распорядился Гунтер коней и платье дать 
Всем тем, кто к гуннам вызвался его сопровождать.

Помчался в Тронье Данкварт, что Хагену был брат. 
Оттуда он с собою привел большой отряд. 
Слепили взор оружьем и платьем дорогим 
Все восемьдесят витязей, приехавшие с ним.

Примкнул и шпильман Фолькер к дружине королей. 
Пришло с ним вместе тридцать его богатырей 
В нарядах столь роскошных, что лучшие едва ли 
У государей на плечах когда-нибудь бывали.

Не понимать превратно прошу слова мои.
Был Фолькер из презнатной, владетельной семьи, 
А шпильманом был прозван в краю своем родном 
Лишь потому, что сызмалу умел владеть смычком.

Из тех, кто ехать к гуннам был с королем готов, 
Взял Хаген десять сотен отборных удальцов. 
Была ему их доблесть по опыту известна. 
Тот, кто их знал, не мог о них не отозваться лестно.

Все время об отъезде вели посланцы речь - 
Могла на них задержка гнев Этцеля навлечь, 
Но Хаген помешать им старался что есть сил. 
Его поступками и тут расчет руководил.

Он Гунтеру промолвил: "Почествовать гостей
Мы здесь должны подольше, чтоб только за семь дней 
До нашего отъезда они пустились в путь. 
Тогда нас будет недругам труднее обмануть.

Кримхильда не успеет собрать друзей своих 
И натравить не сможет на нас заране их, 
А если и натравит, придется худо им:
Мы с тысячью бойцов всегда врагу отпор дадим".

И вот сперва снабдили дружинников с лихвой 
Оружьем, конской сбруей, одеждой дорогой - 
Всем, что с собой в дорогу им нужно было взять, 
И лишь потом король к себе гонцов призвал опять.

Так Гернот обратился к послам, вошедшим в зал:
"На пир явиться к зятю король согласье дал.
Мы вместе с ним приедем - не сомневайтесь в том -
И с искреннею радостью сестру к груди прижмем".

Спросил учтиво Гунтер: "Скажите, Свеммель смелый, 
Когда назначен праздник, чтоб в гуннские пределы 
Я к сроку прибыл с теми, кого туда возьму". 
"В ближайший же солнцеворот",- гонец в ответ ему.

В тот день король впервые к Брюнхильде благородной 
Пойти гостям дозволил, коль это им угодно. 
Но тут вмешался Фолькер - он чуял наперед, 
Что ей лишь огорчение доставит их приход:

"Послы, не в духе нынче владычица моя, 
И обождать до завтра советовал бы я. 
Тогда она вас примет - даю вам в этом слово". 
Но и назавтра к ней гонцов не допустили снова.

Тогда, чтоб их обида рассеялась вполне,
Стал к ним державный Гунтер внимательней вдвойне. 
С казною золотою щиты он им вручил. 
Старался подражать ему весь двор по мере сил.

Млад Гизельхер и Гернот, и Ортвин с Гере тож 
Добра им дали столько, что все и не сочтешь. 
Однако отказались послы принять его - 
Они страшились прогневить владыку своего.

Такое слово Вербель промолвил королю:
"Я взять назад подарки вас, государь, молю. 
Предупредил нас Этцель, что брать их нам не след - 
У верноподданных его ни в чем нехватки нет".

Как сильно ни разгневан был Гунтер на послов 
За то, что отказались те от его даров, 
Он их принять заставил одежду и казну, 
Которые и увезли они в свою страну.

Млад Гизельхер по просьбе обоих скрипачей 
Отвел перед отъездом их к матери своей, 
И Ута пм велела уверить дочку в том, 
Что счастья и удачи мать желает ей во всем.

Парчой их оделила и золотом она,
Затем что мать любая так поступать должна - 
Пусть видят все, как ею ценимы дочь и зять. 
Поэтому пришлось гонцам у ней подарки взять.

Потом, простясь со всеми, с кем их судьба свела, 
В обратный путь к Дунаю пустились два посла, 
А чтоб никто в дороге им не посмел вредить, 
До самой Швабии велел их Гернот проводить.

Когда же восвояси вернулась их охрана, 
Поехали и дальше посланцы невозбранно. 
Ни скакунов, ни платья не отняли у них - 
Страшило имя Этцеля везде людей лихих.

Друзей уведомляли гонцы на всем пути,
Что вскоре должен Гунтер с дружиной здесь пройти -  
Он властелином гуннским на праздник приглашен 
Об этом Пильгрим в Пассау был также извещен.

Когда через Бехларен посольство проезжало, 
В мгновенье ока новость весь город обежала, 
И Рюдегер с женою в большой восторг пришли 
При мысли, что хотят прибыть к ним братья-короли.

Гонцы, достигнув Грана, где Этцель пребывал, 
Явились к государю, как долг повелевал. 
От радости и счастья зарделся он с лица, 
Узнав, что шлют ему шурья поклоны без конца.

Когда предупредили послы жену его,
Чтоб королева братьев ждала на торжество, 
Она возликовала и шпильманов за весть 
Осыпала подарками, как требовала честь.

Она сказала: "Вербель и Свеммель, вы одни 
Мне можете поведать, кто из моей родни 
В совете дал согласье на пир приехать к нам 
И что об этом говорил там Хаген королям".

"Он как-то рано утром, - в ответ один посол, - 
С большим негодованьем речь о поездке вел. 
Все мнили, что на праздник зазорно не прибыть, 
Лишь Хаген повторял, что здесь хотят их погубить.

Все трое ваших братьев бесспорно будут тут. 
Кого же из вассалов они с собой возьмут - 
Мы в точности не знаем, хоть можем утверждать, 
Что шпильман Фолькер королей решил сопровождать".

Отозвалась Кримхильда- "Невелика беда,
Коль с Фолькером я в жизни не встречусь никогда. 
Иное дело Хаген, прославленный боец. 
Его у нас мне хочется увидеть наконец".

Отправилась Кримхильда к супругу своему 
И с ласковой улыбкой промолвила ему 
"Довольны ль вестью с Рейна вы, повелитель мой? 
Сбылось мое желание увидеться с родней".

"Я угодить вам счастлив,- король в ответ жене,- 
И вас могу уверить, что ваши братья мне 
Милее и дороже, чем кровная родня. 
Прибытие их радует заранее меня".

Державный Этцель слугам немедля приказал 
Скамейками уставить его дворец и зал, 
Дабы гостям желанным нашлось где разместиться. 
Был вынужден он вскорости за это поплатиться.

< Назад
Дальше >

 

[an error occurred while processing this directive]