Тексты
Мифы и Легенды

Песнь о Роланде
CLXI-CLXX



CLXI
Роланд обходит груды мертвецов. Осматривает дол и горный склон. Отысканы им Беранже, Атон, Затем Жерен, Жерье, собрат его, Спесивец Ансеис и дук Самсон, Жерар из Руссильона, пэр седой. Унес он их останки чередом, К Турпену с ними возвратился вновь, У ног его сложил тела бойцов. Не мог сдержать архиепископ слез, Благословил соратников рукой И молвил: "Вас сгубил злосчастный бой. Да упокоит ваши души бог В раю небесном меж святых цветов. И я умру - уже недолог срок. Мне Карла увидать не суждено".
CLXII
Вновь по полю Роланд побрел один, Увидел: побратим его лежит. Он поднял Оливье, прижал к груди, Отнес к Турпену, наземь опустил. С другими рядом положил на щит. Прелат крестом всех пэров осенил" А граф Роланд еще сильней скорбит. Он молвит: "Оливье, мой побратим, Тебя маркграф Ренье на свет родил, Был он долин Рунерских91 властелин. Щит расколоть, копье переломить, Спесивцу дать урок и страх внушить, Наставить тех, кто честен и не лжив, Злодея покарать и поразить Не мог никто на свете так, как ты".
CLXIII
Увидел граф, что пэров больше нет, Что умер друг любимый Оливье, Скорбит и льет он слезы из очей, Весь побледнел, меняется в лице. Потом от скорби ослабел вконец, Без памяти простерся на земле. "Беда! Умрет барон",- сказал Турпен.
CLXIV
Турпен увидел - чувств лишился граф. Ни разу так прелат не горевал. Рукою он нащупал Олифан. Со склона ключ сбегает в Ронсеваль. Решил Турпен напиться графу дать. Встает он, чтоб добраться до ключа. Но стоит каждый шаг ему труда: Немало крови потерял прелат. Шатаясь, он прошел один арпан92, Сознание утратил и упал, В мучениях предсмертных ждет конца.
CLXV
Меж тем Роланд пришел в сознанье вновь, Встал на ноги, но скорбь томит его. На горы и на дол он бросил взор. Спят на траве все пэры вечным сном, А подле них лежит Турпен-барон, Архиепископ и слуга Христов. Покаялся в грехах свершенных он И обе руки к небесам простер, Моля, чтоб в рай впустил его господь... Почил Турпен93, кого любил король. Служил он Карлу словом и мечом, Разить неверных был всегда готов. Да ниспошлет ему прощенье бог! Аой!
CLXVI
Увидел граф - Турпен повержен наземь, Из тела внутренности выпадают, Сочится мозг, течет на лоб из раны, А на груди, промеж ключиц прелата, Белеют руки, сложены крест-накрест. Блюдя родной обычай, граф восплакал: "О рыцарь славный и рожденьем знатный, Да смилуется царь небес над вами. Вам со времен апостолов нет равных В служенье нашей вере христианской, В умении заблудшего наставить. Пусть вашу душу бог от мук избавит, Пред нею распахнет ворота рая".
CLXVII
Почуял граф, что смерть его близка, Что мозг ушами начал вытекать. За пэров молит бога он сперва, А после, Гавриила за себя. Чтоб не покрыл его посмертно срам, Схватил он Олифан и Дюрандаль И углубился в землю басурман Намного дальше, чем летит стрела. Два дерева там вниз глядят с холма, Четыре глыбы мраморных лежат. Граф на траву, недвижимый, упал, Лишился чувств, встречает смертный час.
CLXVIII
Хребет высок, и высоки деревья. Четыре глыбы мраморные блещут. Граф на траве простерся без движенья. Давно следит за ним один неверный. Прикинулся он мертвым, лег на землю, Испачкал кровью и лицо и тело. К Роланду он кидается поспешно. Смел этот нехристь и могуч сложеньем, Обьят смертельной злобою и спесью. Он молвит, тронув графские доспехи: "Племянник Карла побежден в сраженье. Сей меч со мной в Аравию уедет". Роланд открыл глаза при этой речи.
CLXIX
Почуял граф, что нет при нем меча, Открыл глаза, арабу так сказал: "Сдается мне, что родом ты не наш". Взял он свой неразлучный Олифан, Ударил мавра в золотой шишак, Пробил и шлем и голову врага, На землю вышиб из орбит глаза, Труп нехристя свалил к своим ногам И молвил: "Ты рехнулся, подлый мавр! Тебе ли руку на Роланда класть? У всех ты прослывешь за дурака. Жаль, расколол свой рог я об тебя, С него отбил все злато и хрусталь".
CLXX
Почуял граф, что смерть его настигла, Встал на ноги, собрал остаток силы, Идет, хотя в лице и ни кровинки. Пред темной глыбой он остановился, По ней ударил десять раз сердито. О камень меч звенит, но не щербится. Граф молвит: "Богоматерь, помоги мне, Пора нам, Дюрандаль, с тобой проститься. Мне больше ты уже не пригодишься. С тобой мы многих недругов побили, С тобой большие земли покорили. Там Карл седобородый правит ныне. Владеть тобой не должен враг трусливый: Носил тебя вассал неустрашимый, Такого край наш больше не увидит".

< Назад
Дальше >